Голос знакомый а кто не пойму

Анна Ахматова Биография. Поэзия Ахматовой | Серебряного века силуэт

голос знакомый а кто не пойму

Сядет на ветку и станет петь. Чтоб тот, кто спокоен в своем дому, Раскрывши окно, сказал: «Голос знакомый, а слов не пойму», —. Сядет на ветку и станет петь. Чтоб тот, кто спокоен в своем дому, Раскрывши окно, сказал: «Голос знакомый, а слов не пойму», —. А. Ахматова. Избранные стихотворения | Библиотека и фонотека «Слаб голос мой, но воля не слабеет» «А Смоленская нынче именинница» И куда мы идем – не пойму. Мне знакомый голос прислышался.

Небывалая осень построила купол высокий, Был приказ облакам этот купол собой не темнить. Изумрудною стала вода замутненных каналов, И крапива запахла, как розы, но только сильней.

Углем наметил на левом боку (Ахматова) — Викитека

Было душно от зорь, нестерпимых, бесовских и алых, Их запомнили все мы до конца наших дней. Было солнце таким, как вошедший в столицу мятежник. И весенняя осень так жадно ласкалась к нему, Что казалось — сейчас забелеет прозрачный подснежник… Вот когда подошел ты, спокойный, к крыльцу моему.

голос знакомый а кто не пойму

Ее ползучий шаг я слышала во сне И в мертвом городе под беспощадным небом, Скитаясь наугад за кровом и за хлебом. И отблески ее горят во всех глазах, То как предательство, то как невинный страх.

  • “He marked with coal, as I languished…”
  • Партия пенсионеров России
  • Углем наметил на левом боку (Ахматова)

Я не боюсь. На каждый вызов новый Есть у меня ответ достойный и суровый. Но неизбежный день уже предвижу я, — На утренней заре придут ко мне друзья, И мой сладчайший сон рыданьем потревожат, И образок на грудь остывшую положат. Самые слова на это не расходуются, но работает опять течение и падение их: А дальше уже почти издевательство в словах: Мне плечи и грудь в меха… — этот дательный падеж, так приближающий ощущение и выдающий какое-то содрогание отвращения, а в то же время звуки, звуки!

Алина Орлова - "Углем наметил на левом боку…" - Дом Печати, Екатеринбург

Но вдруг происходит перемена тона на простой и значительный, и как синтаксически подлинно обоснована эта перемена: И напрасно слова покорные… На напрасную попытку дерзостной нежности дан был ответ жестокий, особо затем оттенено, что напрасны и покорные слова, особливость этого оттенения очерчивается тем, что соответствующие стихи входят уже в другую рифмическую систему, во второе четверостишие: И напрасно слова покорные Говоришь о первой любви.

Как это опять будто заурядно сказано, но какие ответы играют на лоске этого щита — щит ведь все стихотворение. И нет ли иронии в словах: И не оттого ли ирония так чувствуется, что эти слова выносятся на стянутых в ямбы анапестах, на ритмических затаениях?

Ваши любимые стихи Ахматовой | Анна Ахматова и Марина Цветаева | ВКонтакте

В последних двух стихах: Как я знаю эти упорные, Несытые взгляды твои! Последняя фраза полна горечи, укоризны, приговора и еще чего-то. Поэтического освобождения от всех горьких чувств и от стоящего тут человека; оно несомненно чувствуется, а чем дается? Только ритмом последней строки, чистыми, этими совершенно свободно, без всякой натяжки раскатившимися анапестами; в словах еще горечь: Стихотворение кончилось на первом вздроге крыльев, но, если бы его продолжить, ясно: В разобранном стихотворении всякий оттенок внутреннего значения слова, всякая частность словосочетания и всякое движение стихового строя и звучания — все работает в словообразовании и в соразмерности с другим, все к общей цели, и бережение средств таково, что сделанное ритмом уже не делается, например, значением; ничто, наконец, не идет одно вопреки другому: Оттого-то так легко и проникает в нас это такое, оказывается, значительное стихотворение.

А если обратить внимание на его стройку, то придется еще раз убедиться в вольности и силе ахматовской речи. Восьмистишие из двух простых четырехстрочных рифмических систем распадается на три синтаксических системы: Итак, при разительной крепости стройки, какая в то же время напряженность упругими трепетаниями души!

Углем наметил на левом боку

Стоит отметить, что описанный прием, то есть перевод цельной синтаксической системы из одной рифмической системы в другую, так, что фразы, перегибая строфы в средине, скрепляют их края, а строфы то же делают с фразами, — один из очень свойственных Ахматовой приемов, которым она достигает особой гибкости и вкрадчивости стихов, ибо стихи, так сочлененные, похожи на змей.

Этим приемом Анна Ахматова иногда пользуется с привычностью виртуоза.

голос знакомый а кто не пойму

Ее речь действенна, но песнь еще сильнее узывает душу. В этом можно убедиться по стихотворению: Углем наметил на левом боку Место, куда стрелять, Чтоб выпустить птицу — мою тоску В пустынную ночь.

голос знакомый а кто не пойму

Милый, не дрогнет твоя рука, И мне не долго терпеть. Вылетит птица — моя тоска, Сядет на ветку и станет петь. Чтоб тот, кто спокоен в своем дому, Раскрывши окно, сказал: В песне, как прежде в речи, та же непринужденность словорасположения — этих слов, без насилия над языком, не соединить иначе, как в эти стихи: Примечателен их песенный лад: Например, начало второй строфы: Стихотворение сложено в трех строфах.